Итальянский Дракон

Мы привыкли представлять итальянцев шумными, темпераментными, вечно кричащими друг на друга людьми. Это никак не могло вывести на образ Дракона – существа задумчивого, степенного, как бы отрешенного от земной суеты.

Однако не будем забывать, что годовой знак – это не столько внешние проявления, сколько творческие устремления, тип мировосприятия, шкала ценностей. К тому же степенным выглядит лишь мужской вариант Дракона, женщины же, родившиеся в годы Дракона, достаточно эмоциональны, вспыльчивы и неукротимы. Так что изначальные возражения против отождествления Дракона и Италии оказались надуманными.

Теперь посмотрим, каковы доводы «за». Первый довод очень абстрактен. Четыре народа положили начало миру Запада: испанцы, итальянцы, французы и немцы. В общем-то, именно эти четыре народа до сих пор остаются главными в Европе. Поскольку Быка уверенно взяли немцы, Собаку столь же уверенно испанцы, то французам и итальянцам остались Коза и Дракон. Нежным, расчетливым, но вспыльчивым французам досталась Коза, а итальянцам, соответственно, – Дракон.

Главный довод, как всегда поэтический. Дракон – лидер поэзии, один из лидеров в драматургии, но при этом один из слабейших знаков в прозе. Но разве не тот же самый дисбаланс в итальянской литературе? Грандиозные фигуры Данте Алигьери, Франческо Петрарки стоят на вершине как итальянской, так и мировой поэзии. В той или иной степени именно их можно считать людьми, положившими начало современной мировой поэзии. Фигур такого же масштаба в прозе Италия не дала, нет в Италии своего Сервантеса (Диккенса, Льва Толстого, Бальзака) и тем более нет длинного ряда великих прозаиков, какой легко найти во Франции, России, Англии. Задумывался ли кто-нибудь об этом? Страна величайшей поэзии, величайшей живописи, величайшей музыки, почему-то вдруг не дала романистов?

Конечно, новеллы писал Боккаччо. «Спартака» – написал Джованьоли, а «Пиноккио» придумал Карло Коллоди, но ведь не это мы привыкли называть большой прозой.

Другое дело драматургия, в которой Дракон уступает лишь Крысе и выступает наравне с такими лидерами, как Обезьяна, Коза и Змея. И действительно, трудно себе представить театральный репертуар без Карло Гоцци. А еще есть Альфьери, автор 267 пьес Карло Гольдони, Эдуардо Де Филиппо...

Еще важным является общий образ Италии, сказочная направленность всей итальянской культуры. В сознании любого человека Италия, омытая теплыми морями, – это страна сказочных по красоте пейзажей, лучших в мире курортов и городов, самый фан-тастический из коих Венеция. В воздухе Италии более чём в какой-то иной атмосфере, витают идеи утопические, грезятся воздушные замки. Недаром один из столпов утопизма Томазо Кампанелла, придумавший «Город солнца», был сыном Италии. Представление об Утопии накрепко связано со знаком Дракона, подарившим длинный ряд философствующих утопистов (Руссо, Сен-Симон, Фурье, Бабеф), так же как и утопающих в фантазиях философов (Ницше, Розанов, Шпенглер).

Даже русским Драконам иногда мечтается не о лесах, степях и тихих речках, схваченных льдом, а о морских лагунах и сказочных городах. Самым «итальянским» среди наших Драконов был, конечно же, Александр Грин, уже второй рассказ которого назывался «В Италию». Все дальнейшее творчество Грина – это сказка о теплых морях и фантастических городах. Ну а Южный берег Крыма, где провел свои последние годы Грин, – чем не Италия? Кстати, волжский паренек Алеша Пешков, ставший великим пролетарским утопистом, также, всем местам пребывания предпочитал остров Капри неподалеку от Неаполя.

Концентрация музеев, исторических достопримечательностей самого древнего возраста делает Италию страной-энциклопедией, что также отвечает самым искренним наклонностям Дракона, знака энциклопедического, склонного коллекционировать все подряд.
Страна-курорт, страна-музей, место, где так хороши праздники, фестивали, страна, в которой так легко грезить наяву. Можем ли мы ждать от этой страны великой истории? Думается, что нет. Дракон, действительно, один из самых слабых политических знаков. И, действительно, история Италии не блещет, мягко говоря. Бесконечные нашествия извне, вечная раздробленность и никаких воспоминаний пусть даже о временном триумфе. Более-менее объединенной Италия предстала европейскому взору лишь в XIX веке.

По военному списку Дракон также проходит среди аутсайдеров, причем как по способности воевать, так и по агрессивности, а потому в истории Италии так редко слышится бряцание оружием. В самой страшной и великой войне человечества под Сталинградом итальянцы, кажется, показали свое настоящее отношение к войне.

В замечательном итальянском кинорежиссеров и актеров знака Дракона не так уж и много, однако, образ Дракона, идеи Дракона всегда на месте. Главная идея Дракона стара, как мир, – любовь, спасающая мир. Что ж, Дракон – один из главных специалистов в этом мистическом вопросе. Легко увидеть в итальянском кино типичное для Дракона метание от откровенно мистического, сновидческого фантазирования к мелочно-подробному сверхреализму (неореализм).

Впрочем, переоценивать мистицизм Дракона не стоит, наличие векторных соседей-реалистов (Кот, Кабан) делает Дракона оттянутым от стихии мистики в стихию меркантильных интересов, хорошего вкуса, эмоциональных вспышек и тяги к покою и комфорту.

Возрастная координата Дракона (55-70) указывает на мудрую солидность итальянцев, их светлое созерцание мира, отсутствие слишком больших амбиций и комплексов неполноценности. Именно благодаря Дракону итальянцы воспринимаются нами как самый старый народ Европы. Хотя они не древнее немцев или французов, но на них автоматически переносится древнеримское прошлое. Этот казус чувствовали очень многие в Европе, и идея возрождения воинственного и сверхмощного государства со столицей в Риме чаще приходила немцам (германцам), чем итальянцам. Отгон I, придумавший «Священную Римскую империю», был как-никак германским королем.

Навряд ли сейчас поэты являются национальными кумирами в Италии, создатели утопических проектов также, видимо, не в цене. Зато вся Италия обожает своих футболистов, недаром Дракон считается центральным знаком в футболе. Кроме Италии, об этом хорошо знают на Украине и в Бразилии.

Впрочем, не стоит ждать обилия Драконов среди любимцев нации, ведь если нация – Дракон, то среди любимцев должны быть все сплошь Кабаны, такие, как Марчелло Мастроянни в кино, Лучано Паваротти или Мария Калласс в опере, Джанни Версаче в высокой моде.

Наш сайт знакомств