Сообщение
_Ольга Тигр-Козерог » 23 фев 2011, 13:32
Любопытная классификация мужчин от журналистки Натальи Ермолиной (Кабан, Рак). Статья опубликована в одном из номеров Петрозаводского журнала "PTZ". Для тех, кто не знает, ПТЗ - это сокращенное название Петрозаводска (местный сленг).
Карельский мачо, трезвый мачо
Я не сильный знаток мужчин, для меня все, что в брюках – инопланетное. Но порой и это неопознанное поддается систематизации, упорядочиванию и изучению. Мужчин в ПТЗ много, глаза разбегаются. И если выходишь в центр выгулять новые колготки, то обязательно можно столкнуться с несколькими типажами, милыми глазу и волнующими нижние чакры. Не претендуя на глубокий научный труд, попытаюсь собрать в один мужеведческий свод тех представителей мужской породы, с которыми сталкиваюсь. Может, вы узнаете в типажах себя, может, своего благоверного, а может объект своих девичьих грез. Итак, петрозаводское мужское братство глазами одной стервы.
Талантливый и пьющий
Таких в моем окружении очень-очень много. Журналисты, артисты, художники, поэты, предприниматели малого розлива. Реализовались настолько, насколько могут позволить карельские масштабы. Их сборники стихов издают, статьи печатают с удовольствием, местные музеи ставят в очередь их персональные выставки, а картины покупают раз в десять лет для фондов хранения. Маленькая фирмочка работает со скрипом, хватает на Турцию раз в год и на мебель из Икеи. Казалось бы, можно состариться в счастливой провинциальной известности, приминая на ночь рубенсовский бок жены, но им этого мало. Они родились сорокиными-стариковыми, а страсти в душе моцартовские. От этого трагедия. И с женщинами тяжело. В гости идут с гостинцем – сборником своих стихов (забывая, что у тебя их уже пять с предыдущих визитов), едят с удовольствием, выпивают весь твой бар, даже привезенное из Парижа бордо. Жалко, но ты надеешься, что стихи на этот раз читать не будет. Будет любить. Напрасно надеешься. Никогда еще бордо не лилось так напрасно.
Внезапно непьющий
Эта каста бросивших пить 40-летних чудом сохранившихся самцов – очень интересное для наблюдения сообщество. В 9 утра, когда поэт Скворцов только вьет свое нетрезвое гнездо у случайной музы, предприниматель Таракович уже расставляет шахматы в уютной кофейне. Он не пьет напоказ, он занимается здоровьем на весь город, он выкладывает в контакте свои фотки из спортзала. Он заказывает листья салата и морковный фрэш, будто Волочкова, и на мир смотрит удивленно. Он открыл в трезвости много плюсов, теперь он выбирает для досуга юные тела, тусуется в качестве почетного пенсионера в модных клубах, называя себя «ветераном рэйва». Жена не в обиде. У нее отступная сумма, сытые, обвешенные электронными устройствами дети.
Маленький волшебный мир мужчин. Высокомерные трезвые глаза, подтяжки вместо мешков поэта Скворцова, куртка с мехом, ботинки а-ля Маленький Мук. Такой никогда не заведет шашни с ровесницей, не для того он бросил пить. А старушки вокруг этих редких представителей трезвомыслящего меньшинства так и вьются. Но все, на что они могут рассчитывать, это востребованный профессионализм. Мне мои трезвенники-друзья заказывают статьи, рекламные кампании их зачахающего бизнеса, но никогда не напоят с целью надругаться или хотя бы пофлиртовать.
Деловой
Если жизнь излишне деловая, функция слабеет половая, гласит губермановская мудрость. Те, которым некогда вить пьяное гнездо, раскладывать шахматы и причесывать гламурный мех на куртке, носятся со встречи на встречу, в основном, в верхах. Это те, кого ты можешь презирать за измены жене, за чванство и неуважение к простым людям, но знакомством с ними ты можешь прихвастнуть в тренажерном зале. Есть такая слабость у женщин, невзначай, снимая кроссовки, сказать соседке по шкафчику: «Мэр звонил, хочет встретиться, опять пиар нужен»…Такие звонят только тогда, когда ты им нужна, но привлекают тебя не деловым разговором, а флиртом. Предводителем такого делового сообщества сладких и гадких самцов является высокопоставленный непотопляемый политик-экономист, прости… господи…идеолог и стратег всего, который крутит бабами всего города своим томным голосом, маслеными глазками и кошачьими повадками. Если он сидит с тобой и разговаривает, то руки его задраны над головой, а поза взывает «Наклонись и делай мне это, детка». Говорят, он до сих пор в большом сексе. И пусть. В верхах так мало привлекательных мужиков, пусть старушки при госслужбе тоже имеют свой кусок счастья.
Сюда же можно причислить и местных олигархов, которые московским лавочникам не годятся в подметки, а у нас владеют дворцами, очистительными центрами и управляют молочными реками, сметанными берегами.
Вояки
Спецназ, бандиты, милиционеры, отставные воины – все годятся для этой подкатегории. Они не болеют рефлексией. И если у вас такой поклонник, то будьте осторожны, жалуясь на начальника, который вас слегка пожурил. Мертвого начальника не вернешь. А ваш Вася хоть и извинится, все же взвешивайте слова. Так как воины сначала стреляют или бьют, потом дослушивают, что же плохого сделал вам ваш обидчик. Жизненное кредо такого заступника: «Онего большое, воды на всех хватит». Наобщавшись до тошноты с писателями, которые шагу не сделают без самоанализа, мне неожиданно весело стало находиться в кругу тех, кто в лоб спрашивает: «А может им всем бошки поотвинчивать»? Такие всегда галантны, они целуют руку, потом интересуются возрастом, такие отдают бывшим женам состояния, а новым пассиям накапливают новый капитал. Эти пацаны всегда живут по понятиям. И эти понятия мне близки. Это те правила, которые не соблюдают поэты и мелкие лавочники, не успевают соблюсти политики и забывают соблюдать мужья. В воинах есть своя поэзия. В их туповатом юморе всегда можно найти прелесть, фраза «Спецназ не умирает, он спускается в ад, чтобы перегруппироваться» рассмешила меня год назад до того, что я упала со скамейки в спортзале. А простодушный полковник выдал мне в шутейном разговоре баян «Кто в армии служил, тот в цирке не смеется». И я опять ржала громче, чем над рафинированным эксклюзивом Жванецкого.
Странные эти бабы. Даешь им денег, они говорят: какой ты скучный, вот если бы ты писал стихи…Напишешь поэму, сожрешь салат, а баба уже высчитывает, сколько он сожрал продуктов, прорва ненасытная. Бросишь пить, говорит – зануда. Напьешься, называешь царицей, тут же получаешь когтистой лапкой по пьяной роже. Вот если бы губы Иван Иваныча да приставить к глазам Ивана Никифоровича. Идеальных мужиков нету, как и баб. Моника Белуччи и Джордж Клуни есть в телевизоре. А в ПТЗ есть мы, добившиеся своего маленького успеха и потихоньку старящиеся герои этого города, знающие друг друга в лицо. И мужики, которые лет 15 назад казались мне принцами, сейчас мои старые добрые друзья, кто политик, кто нытик, кто контуженый спецназовец. И все они мне милы. Все нравятся. В маленьком городе надо жить и всех любить и принимать. Иначе состаришься на таблетках и умрешь, недолюбленная, в страшных судорогах.
С мужским днем, вас, петрозаводские мужички. Не каждый из вас имеет отношение к Защитникам отечества. Но я помню, что в моем детстве 23 февраля был мужским праздником, а 8 марта – женским. И я поздравляю вас по половому признаку. Если бы в ПТЗ не было всех этих мужчин, я бы сошла с ума. Да здравствуют карельские мачо, самые доступные мачо в мире.
